Но не пройдет двух-трех мгновений,

Ночь испарится над землей,

И в полном блеске проявлений

Вдруг нас охватит мир дневной…

Ф. Тютчев

Утро в тропиках – явление скоротечное. Чистый небосвод не дает солнцу замешкаться. Оглянуться не успеешь, как беспощадные прямые лучи начнут разогревать влажную атмосферу до состояния сауны, а по лбу потекут первые капли пота. Если предыдущий день не был слишком тяжелым, я обычно не отказываю себе в удовольствии встать в шесть утра и понаблюдать за тем, как просыпается тропический лес.

Еще вчера я заприметил, что недалеко от нашего отеля на острове Праслен Сейшельского архипелага протекает небольшая речка, устремляясь своими верховьями в плотно поросшую лесом гору. Солнца пока не видно, оно где-то за горизонтом, но слабого свечения уже достаточно, чтобы разглядеть в водах реки несколько крупных рыб. Это бычки глоссогобиусы (Glossogobius giuris). Как головешки они стоят у поверхности воды и от каждого движения на суше шарахаются в рассыпную. Для домашнего аквариума рыба крупновата (средняя длина взрослых особей около 15-25 см).

Любители криптокорин со стажем не понаслышке знают о трудностях содержания растений с Малайского архипелага. Наибольшее количество криптокорин этого региона обитает на Суматре и Калимантане, а также мелких прилегающих островах. Многообразие видов огромное. В настоящее время науке известно о более, чем пяти десятках видов и подвидах криптокорин, нашедших свой дом на этих островах. Почти все они за редким исключением (Cryptocoryne ciliata, C. pontederiifolia, C. wongsoi и некоторые другие) живут в небольших лесных ручьях и речках с очень мягкой и кислой водой (рН = 4-6; TDS = 5-40 м.д.). В тоже время вода, в московском водопроводе близка к нейтральной и на порядок больше содержит солей жесткости (рН = 7-7.5; TDS = 120-200 м.д.). Учитывая чувствительность криптокорин к перепадам параметров воды, возникают значительные трудности в их содержании. Некоторые растения “расплавляются” в течение нескольких дней после посадки, другие – останавливаются в росте и длительно деградируют до полного исчезновения.

Сегодня я поделюсь опытом, как же все-таки удержать мягководные криптокорины в коллекции и получать ежедневно удовольствие от наблюдения за этими интересными растениями.

Продолжаем нашу мартовскую экскурсию по оранжереям Главного Ботанического Сада (ГБС) в Москве вместе с Сергеем и Викторией. Сегодня мы покажем, что удивлять своими цветами могут не только признанные “красотки” тропической флоры – Орхидеи, но и другие растения, от которых, на первый взгляд, многого не ждешь. К примеру, Хойи и Дисхидии обычно в джунглях являются невзрачными статистами, оплетая своими плетьми другие деревья. А на стоящие в тени Аспидистры часто и вообще внимания не обратишь – “трава травой”.

Во время цветения эти растения преображаются, превращаясь из нищенок в принцесс. Желаем вам приятного просмотра!

После сорока многие начинают задумываться над тем, чем же им заниматься на пенсии. Периодические боли в боку, странные головокружения и усталость постоянно намекают о том, что все значимые свершения в жизни позади и пора подумать о заслуженном отдыхе на своей дачной фазенде. Вероятно, ирландец Юджин Фитцалан (Eugene Fitzalan) имел от природы крепкое здоровье, раз в свои 56 лет решил не размениваться по мелочам, а основать вместо частного огородика большой публичный ботанический сад! Возможно, секрет заключался в ежедневном употреблении с детства пары пинт Гиннесса (любителей строгих правил прошу простить меня за эту фантазию), но скорее истинной причиной явилась активная жизненная позиция. Думаю, что не стоит объяснять читателю, чего может стоить хотя бы решение переехать в Австралию в 1849 году.

Так или иначе, но в 1886 году седобородый Юджин взялся за организацию ботанического сада на севере австралийского города Кэрнс. Помимо обычных агротехнических мероприятий и сбора экзотической флоры первому директору сада пришлось зарабатывать себе на жизнь, поскольку от местного муниципалитета ему полагалось жалование в 5 фунтов стерлингов в год (на Гиннесс не хватит). Фитцалан занимался черенкованием и прививкой различных фруктовых растений, чтобы затем продавать их местному населению. Одна из вырубленных им для этих целей аллей ныне заасфальтирована и превратилась в дорогу Collins Avenue, на которой располагается главный вход в ботанический сад.

Название: Национальный ботанический сад, The Botanical Garden of Victoria (Seychelles), Mont Fleuri Botanical Gardens Seychelles

Год и место основания: 1901, Сейшельские острова, остров Маэ, Виктория

Цена входного билеты на момент посещения: 100 сейшельских рупий (около 500 руб).

Год посещения: 2020

Иногда ценность некоторых подарков, которые нам преподносит жизнь, начинаешь понимать не сразу после их получения, а значительно позже. Так и сейчас, в свете ситуации в стране и мире, прошлые путешествия видятся уже не просто хорошим отпуском, а настоящим подарком, так вовремя полученным практически без повода. Сейшелы не были для нас с супругом тем местом, куда бы мы хотели отправиться многие годы. Красота белоснежных песчаных пляжей и ярко-бирюзовой воды много лет назад запала в душу моей маме. Эта маленькая косточка проросла в душе в практически не осуществимую мечту. Но мечты должны сбываться! Так мы и оказались в ботаническом саду столицы Сейшельского государства города Виктории.

Конец февраля и начало марта – традиционное время проведения орхидейных экспозиций в Главном Ботаническом Саду (ГБС) в Москве. После зимней спячки просыпаются цимбидиумы (Cymbidium), почувствовав увеличение светового дня и тепло весеннего солнышка. Эти крупные орхидеи не оставят равнодушным никого. Пестроцветием наполняются зеленые джунгли Фондовой оранжереи. Но нынешний високосный год оказался богатым на сюрпризы, причем не только в негативном смысле, в основном связанным с эпидемией коронавируса и ее последствиями. Ранняя весна дала толчок цветению не только цимбидиумов, но и многих других тропических и субтропических растений.

В начале марта мы посетили Фондовую оранжерею, где ее сотрудники Сергей Барынин и Виктория Дрокина устроили для нас замечательную экскурсию. В настоящее время оранжереи закрыты для посетителей, и я предлагаю всем, кто не был в ГБС весной, отправится вместе с нами на фотоэкскурсию в этот тропический рай. А в качестве Пролога или Аперитива (кому как удобнее) пройтись по орхидеям.

Все свое сознательное детство я провел в городе Кирове – не самом большом по российским меркам населенном пункте, но со статусом областного центра. В любом случае, детство – это самая счастливая пора в жизни почти каждого человека, где бы он не жил. Я в этом смысле не стал исключением. Как каждый советский мальчуган бегал по стройкам, гаражным кооперативам, воинским частям, свалкам в поисках всяких интересных штуковин, а также приключений на свою пятую точку. Не без этого. Но помимо этих достаточно стандартных воспоминаний, в моей памяти навсегда останется аквариум моего отца. Ничего особенного – элодея, роголистник и красные меченосцы. Последних отец разводил и иногда сдавал в соседний магазин за денюжку. Городской зообизнес своим аквариумным ассортиментом не радовал. Достать валлиснерию уже было очень непросто. Не помню, какими путями она оказалась в нашем аквариуме, но это было огромное событие. Каждое утро я первым делом бежал смотреть, насколько за ночь подросло это “винторогое” растение.

Ездить на рынки в нашей семье было непринято. Все необходимое выращивали в огороде. Но однажды это случилось. Как такового птичьего рынка в городе не было. Вся живность продавалась в небольшом уголке на Центральном рынке. Именно там мы купили самое удивительное растение – водяной салат или пистию телорезовидную (Pistia stratiotes). Последних слов я, конечно, тогда не знал. Салат водяной! Плавает по воде без всякого грунта! Казалось, что в тот момент ничего более удивительного не может быть на всем белом свете.

Переправляясь на пароме через реку Джардин я думала лишь о том, что в этой реке наверняка прячутся заветные голубоглазки и о том, как их поймать при помощи сачка в столь полноводной реке населенной крокодилами. Смесь страха и желания открытий, нового и неизвестного – странные, но интересные ощущения. Прикормив немного рыб и налюбовавшись кувшинками, растущими возле берега, я начала рыбачить. В реке нам опять попались радужницы, к этому моменту мы выловили их так много, что уже перестали ими интересоваться вовсе. Похожи были радужницы на Melanotaenia splendida. В тоже время я заметила в прозрачной воде двух рыбок, держащихся отдельно, они были меньше размером и совсем не были похожи на крупных радужниц. Поймать их было не так просто, но в конце концов мне это удалось.

Это оказались рыбки рода Craterocephalus, обладатели удивительно симметричных спинного и анального плавников, очень маленького, аккуратного ротика и небольшого размера (до 7 см). Я и предположить не могла, глядя на них, что этот род также относится к отряду атеринообразных (Atheriniformes), как и радужницы и голубоглазки.

Обычно говоря о растениях, мы подчеркиваем их особенности строения или красоту соцветий, которые остаются в наших воспоминаниях. Но существуют и более редкие ассоциации. В частности, такие нежные цветы, как белые кувшинки, навсегда останутся в моей памяти связанными с некоторыми особенностями животноводства в Австралии. Хотя казалось бы это совершенно несвязанные вещи, вся череда событий, о которых я хочу рассказать в этой заметке, была не случайна. Австралия занимает второе место в мире (после Бразилии) по экспорту говядины; годовой доход от этой деятельности составляет около 1 млрд. австралийских долларов. В тоже время, только в одном австралийском штате Квинсленд произрастает 16 видов кувшинок (род Nymphaea) из пятидесяти известных.

Во время своего путешествия из города Кэрнс к оконечности полуострова Кейп-Йорк по дороге Peninsula Developmental Road мы с супругой наблюдали небольшие пруды заросшие кувшинками. Трудно сказать, какое эти водоемы имеют происхождение (естественные или созданные человеком), но почти во всех случаях они располагались на огороженных пастбищах крупного рогатого скота, которые были не всегда благополучны. Но обо всем по порядку…

Каждый раз через какое-то время после возвращения из очередного путешествия по тропическим регионам нашей Планеты, я разбираю отснятый фотоматериал и добавляю избранные снимки в фотогалерею нашего сайта. Около двух недель назад я решил проделать эту, на первый взгляд, нехитрую процедуру для нашего с супругой путешествия в австралийский Квинсленд, которое состоялось осенью 2018 года. Все шло своим чередом, пока я не наткнулся на фотографию с длиннолистным водным растением, напоминающим валлиснерию или бликсу. Растение имело несколько цветоносов, один из которых уже находился в стадии плодоношения. Однако общий вид генеративных органов совершенно не подходил ни для одной из первых двух версий.

Две следующие ночи я был одержим этой фотографией – загадочные соцветия не выходили у меня из головы. Что же это может быть за растение? В поисках ответа я набрел на сайт департамента окружающей среды и науки Квинсленда. Данный интернет-ресурс не содержит фотографий, однако на нем перечислены латинские наименования всех известных растений штата, причем списки упорядочены по достаточно небольшим районам, что значительно позволяет сузить круг поиска. В итоге, две ночи рассматривания гугл-картинок все-таки дали результат. На фотографии изображен Цикногетон сомнительный (Cycnogeton dubius)! Согласно литературным данным это растение и, в целом, род Cycnogeton, насчитывающий всего 8 видов, в природе обитает в Австралии и Новой Гвинее.